Семейный статус в жилищных отношениях

С момента введения в действие ЖК РФ, наверное, самой обсуждаемой его нормой стала ст. 31, предоставляющая собственнику жилого помещения возможность прекратить право пользования жилым помещением бывшего члена его семьи. Авторы большинства публикаций на эту тему высказывались в защиту прав бывших членов семьи собственника. Но я отношусь к тому меньшинству, по мнению которого давно пора было законодательно регламентировать все права собственника, гарантированные Конституцией РФ. И вот прошел почти год, стала появляться практика применения ст. 31 ЖК РФ и ч. 2 ст. 292 ГК РФ, а значит, можно проанализировать, что же реально дал законодатель собственникам жилья и бывшим членам его семьи. Начнем по порядку.

Согласно ч. 1 ст. 31 ЖК РФ к членам семьи собственника жилого помещения относятся проживающие совместно с данным собственником в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы и, в исключительных случаях, иные граждане могут быть признаны членами семьи собственника, если они вселены в качестве членов его семьи. Отсюда следует, что членом семьи собственника может быть признано любое лицо, если оно вселено в жилое помещение данного помещения собственником в качестве члена своей семьи. И такое лицо, по сути автоматически признанное членом семьи собственника, вправе требовать признания за ним права пользования жилым помещением, принадлежащим собственнику, с регистрацией по месту жительства.

В связи с этим мне вспоминается, какая путаница в судебной практике возникла сразу после принятия Конституционным Судом РФ Постановления от 25 апреля 1995 г. № 3-П по жалобе г-ки Ситаловой. В данном Постановлении Суд признал не соответствующим Конституции РФ положение ст. 54 ЖК РСФСР об «установленном порядке» как процедуре вселения в жилое помещение при условии соблюдения режима прописки. Тогда суды общей юрисдикции стали признавать за многими гражданами, фактически вселенными нанимателями или собственниками жилых помещений на занимаемую указанными лицами площадь, право пользования этими помещениями. Лишь спустя несколько лет судьи обратили внимание на то обстоятельство, что в ст. 54 ЖК РСФСР присутствует не признанное неконституционным положение о необходимости получения письменного согласия нанимателя (собственника) и совершеннолетних членов его семьи на приобретение вселяемым равного с ними права пользования жилым помещением. Но в ЖК РФ формулировки о необходимости письменного согласия нет, и ситуация может повториться. Хорошо, если собственник сможет выселить признанное когда-то членом его семьи лицо на основании ч. 4 ст. 31 ЖК РФ. Но как показывает практика, сделать это не так-то просто, и положительный результат не гарантирован.

Анализ ЖК РФ показывает, что в нем отсутствует определение понятия «бывший член семьи собственника». В ч. 4 ст. 31 ЖК РФ определяется конкретная ситуация, при наличии которой право пользования жилым помещением члена семьи собственника прекращается: «В случае прекращения семейных отношений с собственником...». По смыслу ст. 31 ЖК РФ членами семьи собственника жилого помещения являются проживающие с ним лица, вселенные собственником в качестве членов его семьи. Следуя от обратного, бывшим членом семьи применительно к жилищным отношениям является лицо, которое прекратило проживать с собственником в качестве члена его семьи.

В то же время многие правоприменители считают, что бывшими членами семьи не могут быть дети и родители собственника жилья. В частности, дети, как отмечает один из создателей Постатейного комментария к Жилищному кодексу РФ (М., Статут, 2005. С. 157) П.В. Крашенинников, несмотря на расторжение брака их родителями сохраняют право пользования жилым помещением, принадлежащим одному из родителей, в котором они проживали).

И вот что происходит на практике. Решением Перовского районного суда г. Москвы от 21 сентября 2005 г. И. было отказано в иске о выселении из принадлежащей ему на праве собственности квартиры его совершеннолетних сыновей с детьми и женами. Причиной обращения И. в суд явилась невозможность его совместного проживания с указанными лицами из-за конфликтных отношений с ними. Свой отказ в удовлетворении иска суд мотивировал, в частности, следующим образом: «Ссылку истца на то, что ответчики – его дети – не являются членами его семьи, суд не может принять во внимание, поскольку в силу ст. 31 Жилищного кодекса РФ дети относятся к членам семьи, и они не могут быть бывшими членами семьи».

На примере этого дела встает вопрос: какими принципами руководствовался законодатель, когда давал в ЖК РФ определение о безусловных членах семьи, чьи конституционные права он пытался защитить? Конституционные права собственника жилого помещения он, на мой взгляд, явно ограничил.

Позицию законодателя еще можно было бы обосновать, если бы он отнес к безусловным членам семьи собственника несовершеннолетних детей и нетрудоспособных родителей. Часть 3 ст. 55 Конституции РФ допускает возможность ограничения федеральным законом прав человека и гражданина в той мере, в какой это необходимо, в частности, в целях защиты прав и законных интересов других лиц. Но насколько необходимо ограничение прав собственника жилья в целях защиты прав на это жилье совершеннолетних трудоспособных людей? Почему престарелый нетрудоспособный родитель должен, по сути, пожизненно исполнять по отношению к взрослым трудоспособным детям «алиментные обязательства» в виде предоставления им своего жилья? Существующая формулировка ч. 1 ст. 31 ЖК РФ противоречит также принципам семейного права. Во-первых, в ч. 4 ст. 1 СК РФ запрещаются любые формы ограничения прав граждан в семейных отношениях, а положения ст. 31 ЖК РФ, по сути, принуждают собственника жилого помещения к семейным отношениям с супругом, детьми и родителями. Во-вторых, семейное право не ограничивает круг членов семьи самыми близкими родственниками: супругом, детьми, родителями. Довольно емкое определение понятию «семья» дает в Комментарии к ЖК РФ (3-е изд., перераб. и доп. – М., Норма, 2004. С. 2) Л.М. Пчелинцева. Современная семья – продукт длительного исторического развития брачно-семейных отношений. В юридической литературе под семьей принято понимать основанное на браке или родстве объединение лиц, связанных между собой личными и имущественными правами и обязанностями, моральной и материальной общностью, взаимной поддержкой, воспитанием детей, ведением общего хозяйства.

Из положений ст. 31 ЖК РФ можно сделать вывод, что даже трудоспособные супруг, дети или родители, проживающие совместно с собственником в его жилом помещении, автоматически приобретают неограниченное право пользования этим жилым помещением и, как уже говорилось, могут требовать регистрации в нем по месту жительства. Между тем согласно п. 4 ст. 60 СК РФ дети и родители, проживающие совместно, могут владеть и пользоваться имуществом друг друга лишь по взаимному согласию. Ребенок не имеет права собственности на имущество родителей, а родителям не принадлежат права собственности на имущество ребенка. И супруг в соответствии с семейным законодательством приобретает право на долю только в том имуществе, которое нажито в браке.

Я обратилась в Конституционный Суд РФ с запросом о проверке соответствия положений ст. 31 ЖК РФ нормам других федеральных законов, но КС РФ посчитал, что решение поставленного мною вопроса, связанного с изменением круга членов семьи собственника, является прерогативой законодателя – Государственной Думы Федерального Собрания РФ. В своем письме КС РФ указал, что в различных законодательных актах даются разные определения круга членов семьи того или иного лица, следовательно, нормативное содержание понятия «семья» в зависимости от целей правового регулирования наполняется и различным юридическим содержанием. Как следует из Определения КС РФ от 5 июля 2001 г. № 135-О «Об отказе в принятии к рассмотрению запроса Костромской областной Думы», понятием «семья» охватывается особая сфера жизни человека, являющаяся объектом конституционного регулирования, которое осуществляется с помощью специальных законодательных актов как федеральных органов власти, так и органов власти субъектов РФ.

Но если собственник жилья не может прекратить право своего супруга, родителей и детей пользоваться принадлежащим ему жилым помещением, то положение ч. 4 ст. 31 ЖК РФ, по которому суд вправе обязать этого собственника обеспечить бывшего супруга и других членов его семьи, в пользу которых собственник исполняет алиментные обязательства, по их требованию иным жилым помещением, можно назвать «мертвым». Тем более, что алиментные обязательства, установленные СК РФ в отношении довольно большого круга членов семьи как по родству, так и по свойству, на практике распространяются в основном на несовершеннолетних детей и нетрудоспособных родителей.

Следует отметить, что авторы уже упоминаемого мною Постатейного комментария к ЖК РФ П.В. Крашенинников и Б.М. Гонгало придерживаются более оптимистичной точки зрения на эту норму. Они полагают, что указанное правило ст. 31 Кодекса рассчитано прежде всего на бывшего супруга и детей собственника жилого помещения. Не случайно в ст. 31 ЖК РФ в целом говорится о бывших членах семьи собственника вообще, а в положении об обеспечении жильем – о «бывшем супруге и других членах его семьи». Но дети не могут стать бывшими членами семьи, если они проживают совместно с собственником (так же, как и родители). Независимо от того, какой смысл вкладывался в анализируемую норму законодателем, из текста закона следует, что она распространяется на всех бывших членов семьи. Если же речь идет об обеспечении жильем бывшего супруга, с которым будут проживать несовершеннолетние дети, суд может обязать собственника жилого помещения обеспечить жильем и детей, хотя они не бывшие члены семьи (Указ. соч., с. 159).

Верховный Суд РФ в «Ответах на вопросы о практике применения судами КоАП РФ, жилищного и земельного законодательства, иных федеральных законов», утвержденных Постановлением Президиума ВС РФ от 23 ноября 2005 г., высказал другую точку зрения на эту проблему. Данный Суд считает, что если после расторжения брака ребенок стал проживать с тем из родителей, у которого не имеется жилого помещения в собственности, и у другого из родителей в отношении ребенка возникли алиментные обязательства, ребенок уже не является членом семьи собственника жилья (см. «ДА» № 2, с. 6). Таким образом, собственник жилого помещения может прекратить право пользования этим помещением супруга, детей, родителей только в случае прекращения совместного проживания с ними. Чтобы этого добиться, собственнику необходимо создать условия для вынужденного выезда из этого помещения указанных членов семьи либо выехать из него самому. Но подобное законодательное положение лишено всякого здравого смысла. По ранее действующей ст. 135 ЖК РСФСР выселение нанимателя допускалось, если жилое помещение было необходимо собственнику дома, квартиры для личного пользования. По смыслу ч. 4 ст. 31 ЖК РФ бывший супруг и другие члены семьи, в отношении которых собственник исполняет алиментные обязательства, сами могут потребовать от собственника предоставления им «иного жилого помещения». И здесь встает еще один вопрос: на каком праве должно предоставляться, где находиться и каким санитарным и техническим нормам отвечать такое жилое помещение? В нашем государстве к жилым помещениям относится и барак.

Авторы Постатейного комментария к ЖК РФ единодушно отмечают, что жилое помещение для бывшего супруга и других членов семьи может быть предоставлено и на праве коммерческого найма, причем третьими лицами. Тем, кто этого не знает, поясняю: под термином «коммерческий наем» скрывается обычный съем квартиры (дома) у частного лица за обусловленную им стоимость. И в законе не говорится, что оплачивать этот коммерческий наем за бывшего супруга и членов семьи должен собственник. Какой же здравомыслящий член семьи при таких обстоятельствах откажется от бесплатного проживания с собственником?

Препятствиями к выселению бывших членов семьи собственника являются отсутствие у них оснований приобретения или осуществления права пользования иным жилым помещением, а также имущественное положение и другие заслуживающие внимание обстоятельства, не позволяющие им обеспечить себя иными жилыми помещениями. Такие бывшие родственники могут продлить удовольствие от совместного проживания с собственником – срок сохранения права пользования за бывшим членом семьи законодателем оставлен на усмотрение суда. Уже сейчас имеются решения суда, по которым за бывшими членами семьи собственника сохранялось право пользования жилым помещения на 5 и более лет. В основном эти сроки связаны со временем достижения ребенком бывшего члена семьи собственника, выселяемого вместе с родителем, совершеннолетнего возраста. Однако у собственника, не имеющего возможности расстаться (в том числе и по решению суда) с членами семьи в соответствии с жилищным законодательством, есть выход.

Согласно ч. 5 ст. 31 ЖК РФ до истечения срока пользования жилым помещением, установленного судом, право пользования жилым помещением бывшего члена семьи собственника прекращается одновременно с прекращением права собственности на данное жилое помещение этого собственника. Указанное право, как и право на выселение членов семьи собственника, базируется на положении п. 2 ст. 292 ГК РФ, по которой переход права собственности на жилой дом или квартиру к другому лицу является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника. Попросту говоря, собственник, не имеющий возможности гуманно расстаться с лицами, с которыми он прекратил семейные отношения, по ст. 31 ЖК РФ может продать, подарить или обменять свое жилое помещение, предоставив новому собственнику решать проблему выселения лиц, оставшихся проживать в квартире.

Так о ком заботился законодатель, вводя рассмотренные формулировки норм ЖК РФ? Пока что в выигрыше оказались «черные маклеры», которые уже взялись решать проблемы собственников, готовых продавать свое жилье, обремененное правами третьих лиц, за стоимость ниже рыночной, лишь бы избавиться от бедных родственников.

Автор: адвокат Елена Латынова